Александр Ксенофонтов: Для меня сцена – сдача крови
Муж и продюсер Русланы рассказал, почему 15 лет молчал о своей группе «Клуб почитателей чая», как относится к раскрашенным женщинам и о шансах Алеши на «Евровидении».
В женских разговорах часто можно услышать жалобы, что сильной женщине нереально найти мужчину. «Хоть бы раз я увидела ситуацию, когда известной женщине вручают награду, после чего журналисты подходят не к ней, а к ее мужу, мужчине известной женщины», – мечтала недавно Оксана Забужко. Именно такая ситуация сложилась в тандеме Руслана Лижичко – Александр Ксенофонтов. 15 лет он прятался в тени дружины, никогда не бил себя в грудь, заявляя, что это он пишет Руслане все песни и что это он сделал из нее победительницу «Евровидения». В 90-х годах во Львове о Руслане никто не знал, тогда как Александра и его группа «Клуб почитателей чая» слушали массово. Теперь Ксенофонтов решил реанимировать свою группу и днями презентовал в столице возобновленный проект.
- На презентации Руслана сказала, что 15 лет выгоняла вас на сцену..
- Сейчас меня силой вытолкала на сцену, так как и 20 лет тому, когда в 1989 году во Львовском университете возникла философская арт-роковая группа «Клуб почитателей чая». Тогда вокалиста из меня сделали ребята: Людвиг Конопка, Олег Розумовский, Олег «Джон» Сук, Владимир Дебрянский, Павел Грабовский, Андрей Пятаков. Мы искали признания на фестивалях «Интершанс» и «Красная рута-91″, записали один альбом, но в 1993 году прекратили свою деятельность. Не потому, что наши мировоззрения разошлись и мы не имели что сказать, вместе мы пережили очень много. К сожалению, трое музыкантов из «Клуба почитателей чая» злоупотребляли наркотиками, и сегодня ребят нет среди живых. Из-за этого мы исповедуем здоровый образ жизни и выступаем против наркотиков и алкоголя.
- Что стало толчком до того, что через столько лет вы опять на сцене?
- В начале 90-х играли хард-рок, но в течение последних 20 лет эта школа была потеряна, и сейчас мы наблюдаем полное отсутствие такой музыки и эстетики. А в этой группе собрались выходцы из той старой школы. Возобновить «Клуб» еще в 1993 году меня побуждал Володя с Джоном Суком. Но я очень инертен. Дома мы не раз играли вместе, но, чтобы выносить свои песни на публику – меня и метлой не выгонишь. Тогда мы заложились: если запишем песню, желательно англоязычную, отдадим ее на радио, но, чтобы никто не знал, кто входит в группу, и если композицию возьмут в ротацию, тогда «Клуб почитателей чая» начнет свою деятельность. Мне не хотелось, чтобы проект сразу ассоциировали из Ксенофонтовым, потому что тогда, не послушав песню, сразу давали бы характеристику: плохая или хорошая. И вот в марте в трех разных городах – Володя в Лос-Анджелесе, Джон Сук во Львове, я в Киеве, – связываясь по интернету, мы записали первую песню Give Me a Scream (украинская версия «Дай мне крик» – пародия на автомобильные сайты). На чудо, ее месяц крутили на разных радиостанциях и представляли нас новым американско-украинским проектом TFC (Tea Fan Club).
- Наверное, представляете, каким должен был бы быть TFC в идеале. На презентации проекта чувствовали пробелы?
- В Tea Fan Club, или проще в «Клубе почитателей чая», собралась очень сильная команда. По версии американских музыкальных журналов, Володя Дебрянский входит в сотню лучших гитаристов мира. В Лос-Анджелесе он имеет собственную студию звукозаписи – в Америке его знают под именем Vlad. Там он выдал два альбома блюза, а в Украине его музыка никому не известная, ее могут крутить разве что на радио «Ренессанс». Джон Сук играет в группах «Горгишели» и «Мертвый петух», возглавляет топ 10 лучших музыкантов Украины. Он – андеграунд, не такой как все, потому со своей гениальностью находится под водой. Я же вхожу в топ 10 лучших ленивцев страны. Готовый делать что-то для других, но не для себя. То, которое происходило на презентации, импровизация чистой воды. Моментами казалось, что мы наделаем ошибок и «провалим» песню. Но, как я уже говорил, в команде все профессионалы, они и без особенных репетиций, с трехдневной подготовкой покажут высший класс. К моему изумлению, все вышло прекрасно. А Тарас Чубай, как 20 лет тому назад в Театре Заньковецкой, первый из зала кричал «Браво»!
- У вас замечательный голос. До создания группы занимались вокалом?
- Я три года пел в высоких партиях в хоре Оперного театра. Это было не призвание, а возможность заработать деньги. Тогда я был студентом Львовского университета физического факультета, и стипендия, конечно, не хватала на жизнь.
- Особенностью презентации стал клип на песню «Дай мне крик». Вы его будете предлагать музыкальным каналам?
- За ротацию клипа платить не собираемся. Если возьмут – пусть крутят. Клип вышел очень интересный – это первое в СНГ фризлайтове видео. Светом мы нарисовали главного героя Фризу : такого себе солнечной зайки, которая безобразничает в супермаркете. Для создания анимационного персонажа пригласили мастеров фризлайту из Москвы. Фризлайт переводится как «заморожено светло», и в фотоискусстве означает технологию съемки на длинной выдержке.
- Или считаете вы свой проект коммерчески успешным?
- Он будет успешным тогда, когда принесет деньги. Вы видите, что этот проект может принести деньги? Я – нет. Чтобы проект стал коммерчески выгодным, надо ездить в турне, давать концерты. А у меня – другой план. Если музыка с моей помощью пробьет себе дорогу, ее будут крутить на радио, альбомы будут продавать, тогда я буду считать, что проект успешен.
- Руслана теперь ваш продюсер?
- Быстрее, административный менеджер. На репетициях она делает свои замечания, к которым мы прислушиваемся. Да, в первой песне есть такой протяжный звук, который казался очень вульгарным, а она посоветовала нам выполнить его в своей версии. Теперь он вызывает сердечную щемящую боль. Джон Сук очень хочет, чтобы Руслана пела с нами и играла на барабанах – у нее хорошо выходит основная линия. Но я не хочу рассказывать заранее, что вот мы запишем общий альбом, будем выступать вместе. Пока что об этом не думали. Сцена – это не мое, для меня это сдача крови.